Сергей Мамаев: «завод смерти» может остановить только единый фронт всех жителей Кировской области!

Уже более двух месяцев в Кировской области не утихают протесты против федерального проекта по строительству предприятия по переработке особо опасных отходов на базе «Марадыковского». В районах области и в городе Кирове прошли уже несколько акций, организованных региональным отделением КПРФ против этого проекта, который в КПРФ называют «заводом смерти». О том, как не допустить реализации этого проекта в Кировской области мы говорим с первым секретарём Кировского обкома, руководителем фракции КПРФ в Заксобрании Сергеем Мамаевым.

Организаторам протеста против «Марадыковского» стало региональное отделение КПРФ, к которому присоединились и разные общественные активисты, с которыми, у КПРФ, судя по инциденту на митинге 26 июля, диалог не налажен…

— Не соглашусь с Вами. У нас налажен рабочий диалог со всеми силами, действующими во благо Кировской области: мы конструктивно взаимодействуем с фракциями ЛДПР и СР в Заксобрании; мы постоянно общаемся с общественными гражданскими активистами, всегда открыты для журналистов, а вход в нашу приёмную на Дерендяева, 23 всегда свободен для каждого. «Завод смерти» может остановить только единый фронт всех жителей Кировской области. Однако, мы никогда не будем сотрудничать с провокаторами, которые за спиной жителей области устраивают закулисные сговоры.

Вот вы верно вспомнили митинг 26 июля, на котором присутствовали несколько общественных объединений, которые также как и мы обеспокоены судьбой нашей области и выступают против «завода смерти». Выступая на митинге, я публично сказал, что сомневаюсь в компетентности самопровозглашённого общественника Валерия Семенищева, который очень хочет говорить от имени жителей региона, хотя на это его никто не уполномочивал. Кто он такой? Откуда взялся? Не известно. После этого из толпы выскочил сам Семенищев вместе с бывшим координатором областного отделения партии ЛДПР Кириллом Писным и начал кричать: «Я Валерий Семенищев! Меня оболгали!», принявшись  рваться к микрофону. Кто его оболгал? Не понятно.

Уже позже мои источники мне сообщили, что видели, как накануне вечером Семенищев и Писный встречались с представителями РосРАО, которые, в свою очередь, попросили их сбить накал протеста. Мы не можем точно утверждать, с какой целью, они встречались: может, чиновники из РосРАО читали им лекцию по физике элементарных частиц [смеётся, – прим. kprf43.ru]. Мне очень бы хотелось верить в то, что информация наших источников является ошибочной, однако, действия Семенищева и Писного на общегражданском митинге по дискредитации протеста, были явно в интересах РосРАО: мол, против «завода смерти» выступают какие-то скандалисты и склочники, которые сами не могут между собой договориться, чего они хотят. Благо, участники митинга, простые люди, быстро разобрались в сути происходящего, резко пресекли провокацию, и акция протеста была продолжена.

Среди противников «завода смерти» широко представление о том, что протест против этого проекта должен быть не политическим. Вы согласны с этим?

— Я не согласен, что сторонники принципа «вне политики» широко представлены на наших акциях. На митинги приходят сознательные люди, которые прекрасно понимают, что всякое решение власти является политическим, а поэтому и противодействие этому может быть только политическим. Ленин ещё сто с лишним лет назад сказал: «Политика – это концентрированное выражение экономики». Решив строить предприятие по переработке особо опасных отходов прямо в центре Кировской области, федеральный центр действовал из сугубо экономических соображений. Москва действовала по следующей логике: ну зачем строить такой же завод в месте, где нет высокой концентрации населения, а значит, нет и необходимых коммуникаций (дороги, электроэнергия, канализация и т.д.), если можно построить в «Марадыковском», а то, что здесь живут люди, Москве безразлично. Ещё раз подчеркну: протест против политических решений (а все решения власти любого уровня по определению являются политическими) должен быть только под политическими лозунгами. А как иначе?

Сергей Павлинович, 26 июля вы встречались с представителями РосРАО и РосАтома в посёлке Мирном Оричевского района. Какие впечатления на вас произвела эта встреча?

— У меня сложилось впечатление полной некомпетентности представителей РосРАО. Они даже не могли пояснить, что же, в конечном счете, они хотят перерабатывать (или же всё-таки, утилизировать) в «Марадыковском». Нет у них и проекта предприятия в «Марадыковском», хотя постановление федерального правительства уже подписано. К первому и второму классам опасности относятся как радиоактивные отходы, так и батарейки, ртутные лампы и иные отходы бытового происхождения. Причём, предприятие, планирующее перерабатывать (утилизировать?) отходы называется «РосРАО», а аббревиатура РАО означает «радиоактивные отходы». На утилизации именно радиоактивных отходов данное госпредприятие и специализируется. Поэтому было бы логично предположить, что именно радиоактивные отходы РосРАО и планирует перерабатывать в «Марадыковском».

По крайней мере, никаких внятных опровержений и каких-либо чётких ответов от представителей этой госкорпорации мы не получили. Не получили мы ответа и на вопрос, почему федеральному центру нужно такое предприятие именно в «Марадыковском». Ведь это предприятие расположено в самом центре Кировской области, здесь живёт много людей. В России достаточно незаселённых земель, вот пусть там и строят. И на этот аргумент мы тоже не получили внятного ответа, но мы-то понимаем, зачем они хотят строить это предприятие именно у нас, в «Марадыковском», цинично называя проект «конверсией», запутывая граждан. Ведь конверсия это не просто перепрофилирование предприятия; это перевод с военного производства на гражданское. Мы ведь только за конверсию: пусть делают в «Марадыковском» лекарства, детские игрушки. Но строить в самом центре области предприятие по переработке особо опасных отходов мы не можем позволить.

Что КПРФ планирует предпринять дальше? Как не допустить «завода смерти» на нашу землю?

— Здесь ничего оригинального не могу сказать. Добиться отмены решения федерального центра мы можем только массовыми акциями протеста. Только так мы можем донести до власти нашу чёткую позицию: нам не нужен завод смерти! Некоторые люди говорят, что митинги бесполезны, но это не правда. Власть очень внимательно смотрит за акциями протеста, анализирует выступления, сравнивает количество участников акций с предыдущими протестами. И если общественное недовольство будет нарастать, то режим обязательно отменит это позорное решение. Поэтому нельзя ослаблять давления на режим.

Спасибо за беседу!

Беседовал Егор Рогозин