Как вступить в КПРФ        



Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100

Приравняли перо к штыку?

Честно говоря, нынешним властям России не откажешь в двух вещах – они явно не дают скучать жителям нашей страны и проявляют настойчивость и системный подход. По моим наблюдениям, всю вторую половину 2018 года, начиная с лета, мы, дорогие россияне, не устаем удивляться свалившимся на нашу голову инициативам. Причем для многих эти инициативы были не просто неожиданными, а прямо противоположными ожиданиям.

Помню, в январе-феврале прошлого года мне полным серьезности тоном говорили: ты что, не видишь, какое международное положение? Мы должны сплотиться, помочь президенту, он должен набрать много голосов поддержки, и тогда он разгонит либералов в правительстве и совершит левый и патриотический поворот!.. Я вежливо отвечал в том духе, что мы-то как раз не против помочь в важном и патриотическом деле и что кандидат от власти, в силу особенностей нашей демократии, и так в любом случае получит достаточно много, но если мало получит левый кандидат, то, скорее всего, нас ждет не левый поворот, а как раз поворот совсем в другую сторону – к жесткому буржуазному либерализму. Очевидно же, что для помощи в левом и патриотическом повороте нужна сильная левая и патриотическая альтернатива, а для так называемых «непопулярных», т.е. антинародных, реформ именно она-то и не нужна.

Увы, мы оказались правы. Не успели мы изумиться пенсионной реформе, которая была выдержана в беспрецедентно жестких по мировым меркам тонах, как тут же подоспело повышение налогов, рост цен и тарифов. Нам говорят, что все это нужно для осуществления качественного «прорыва». Пусть даже так, но прорыв будет намного позже и, возможно даже, не все до него доживут, а опустошение кошельков идет здесь и сейчас. Понятно, что у особо нетерпеливых граждан недоумение начало принимать практические формы в виде выходов на митинги или высказывания своего мнения вслух или в интернете.

Но у властей был готов ответ и на это. Причем, как мы видим, ответ системный и охватывающий разные сферы нашей жизни. Не так давно мы анализировали подписанный прямо перед Новым годом закон о вовлечении несовершеннолетних в участие в несанкционированных собраниях, митингах, демонстрациях, шествиях и пикетированиях, в соответствии с которым, если исходить из наказаний, общественная опасность вовлечения несовершеннолетних в выражение своей гражданской позиции в 15 раз опаснее вовлечения в употребление алкоголя и в 30 раз опаснее вовлечения в потребление табака, если брать минимальную санкцию соответствующих статей КоАП РФ. В той же статье я говорил про рекомендации комитета Государственной думы по безопасности и противодействию коррупции принять в первом чтении законопроект об упрощенной блокировке сайтов, содержащих так называемые фейковые новости, создающие угрозу для жизни граждан или массового нарушения порядка.

С ним вместе шел также поддержанный тем же комитетом Госдумы законопроект об ог­раничении доступа к материалам, «выражающим в неприличной форме неуважение к власти» и об ответственности за такое выражение. Этот законопроект уже получил неформальное название «о запрете критики в интернете». Есть очень серьезные опасения, что на практике оба этих закона из-за расплывчатых формулировок и несоответствия принципу правовой определенности нанесут сильнейший удар по свободе слова в стране и превратят критику власти в словесную эквилибристику, в которой при желании экспертиза всегда найдет состав административного правонарушения. Не говоря уже о том, что ложь или фейковые новости существуют ровно столько, сколько существует человечество, и борьба с ними никогда не приводила к сколько-нибудь серьезным результатам, тем более что отделить правильную информацию от неправильной порой не под силу даже профессионалам.

Но жизнь не стоит на месте, и пока мы после Нового года удивлялись росту цен, обсуждали введение так называемой нормы электропотребления, ну это когда явно недостаточный минимум дается по нормальным ценам, а всё, что свыше, – по заоблачным, и только-только поговорили об отмене льгот для пользователей электроплит, как оба законопроекта уже прошли в Думе первое чтение. И нет никаких оснований полагать, что они теперь будут остановлены или в последующих чтениях их концепция принципиально изменится.

Но, как я уже говорил, все эти меры, оказывается, не являются точечными и ситуационными, а демонстрируют комплексное и системное наступление на жизненное обеспечение и гражданские права народа. Вот уже озвучены новые инициативы – например, на полном серьезе на исходе второго десятилетия XXI века обсуждается запрет доступа в интернет кроме как по паспорту, при условии строгой идентификации личности. Не знаю, как это можно выполнить, но так и вспоминается аж еще дореволюционная, но не утратившая актуальности поговорка: «В России строгость законов компенсируется необязательностью их исполнения». Ну как можно проследить в наше время за доступом в интернет по паспорту?! Технически я не могу себе это представить. А если закон или судебное решение невозможно выполнить, как с недавней блокировкой одного популярного мессенджера, то это вызывает правовой нигилизм. Я лично этим мессенджером никогда не пользовался, но говорят, что мессенджер как работал, так и работает.

Но, оказывается, и тут готов ответ. Предлагается ввести платную (или хотя бы даже бесплатную) регистрацию смартфонов и других устройств, способных выйти в интернет. Согласно документу, производители и импортеры будут обязаны регистрировать смартфоны, планшеты, ноутбуки и прочее по IMEI (индивидуальный код устройства). По словам Людмилы Боковой из Совета Федерации, одного из инициаторов законопроекта, регистрацию предлагается сделать платной. Сведения об IMEI-кодах будут храниться в базах Научно-исследовательского института систем связи и управления, подведомственного Россвязи. Регистрацию купленных за границей устройств нужно будет провести за несколько месяцев, в противном случае они будут заблокированы. Очень похоже на регистрацию оружия. Как говорил Маяковский: «Я хочу, чтоб к штыку приравняли перо!» Вот и предлагается приравнять перо к... штыку Росгвардии или ФСБ. По мнению авторов законопроекта, он должен решить проблемы ввоза контрафактных устройств и идентификации устройств для общения террористов. По нашему мнению, этот законопроект является логическим дополнением к законопроектам о фейковых новостях и неуважении к власти.

Чего хотят добиться всеми этими запретами, карами и репрессиями? Как это будет способствовать улучшению жизни, формированию правового государства и гражданского общества, росту уважения к власти, в конце концов? Ведь понятно же, что уважения от них как минимум не прибавится. Довольно странно думать, что кого-то станут уважать больше, если просто запретить говорить неприятные и отрицательные вещи. Наоборот, недовольство только будет накапливаться и будет принимать другие, весьма радикальные формы. Какие – я лично предсказать не берусь, но уж точно более бесконтрольные. Оглянитесь на французских «желтых жилетов», выступивших поначалу против цен на бензин, но уже вскоре потребовавших смены макроновского караула в Елисейском дворце. И эффект от комплекса мер по ограничению свободы слова будет прямо противоположный ожидаемому. Зато в нашей и так чрезмерно перегруженной запретами жизни появится еще несколько поводов карать буквально за любое непонравившееся слово. И не надо говорить, что законы совсем не об этом. Как раз об этом. Они, как же было сказано политиками, журналистским сообществом, правозащитниками и оппозиционными политиками самых разных спектров, слишком расплывчаты и явно не соответствуют принципу правовой определенности. А учитывая то, что в нашем судебном процессе состязательность и права защиты под большим вопросом, нам практически гарантирован широкий круг репрессий за слова. И это будет еще посерьезней пресловутой, частично декриминализированной 282-й статьи УК РФ.

 г. Электросталь, Московская обл.

Дмитрий АГРАНОВСКИЙ

Оригинал