Как вступить в КПРФ        



Рейтинг@Mail.ru

Rambler's Top100

«Каждый может лечиться у себя на дому по учебнику» Как в Вятке начала XX века представляли город через 100 лет и что по этому поводу думали в Кирове 1949 года

В конце XIX – начале XX века в Европе было модно мечтать о том, что будет через 100 лет. Тогда, на рубеже веков, на фоне небывалого технологического прогресса, уверенности в бесповоротном торжестве идеалов просвещения и гуманизма, в буржуазном обществе были сильны представления о том, что научно-технический прогресс стал абсолютным, войны и социальные противоречия ушли навсегда, а все глобальные и внутренние конфликты можно решать дипломатией, торговлей и сотрудничеством классов. Например, английский писатель-фантаст Герберт Уэллс полагал, что одной из самых серьёзных проблем XX века будет... утилизация конского навоза. О чём же мечтали в городе Вятке в 1900 году? Как к мечтам вятчан конца конце XIX – начале XX века относились в Кирове 1949 года? Об этом kprf43.ru узнал в краеведческом отделе областной научной библиотеки им. А.И. Герцена, где мы решили пролистать подшивку старой прессы.

Если в иллюстрациях 1900 года французские футурологи рисовали картины самодвижущихся тротуаров, кораблей-амфибий, массовых прогулок на доступных для всех дирижаблях, то предел мечтаний вятчан начала XX века заключался в том, что к 2000 году наконец-то... будут пронумерованы дома по улице Московской, по городу станут ездить конки на петербургский манер, будет введено всеобщее обучение в школах и массовая гомеопатия, которая напрочь заменит традиционную медицину.

Именно это вызвало недоумение у газеты «Кировская правда», являющейся официальным органом Кировского обкома ВКП (б) и областного совета депутатов трудящихся. Вот как об этом писала «Кировская правда» в своём первом номере в 1949 году в статье «С Новым годом, родной город»:

Ровно сорок восемь лет тому назад, в 1900 году, так же вот накануне нового года и даже больше того, – накануне нового столетия, местная газета «Приложения к Вятским губернским ведомостям» решила помечтать о будущем своего города.

Намерение безусловно похвальное. Редакция дала срочное задание одному из своих сотрудников напрячь всю свою фантазию и заглянуть в будущее. Мы не знаем, как долго и мучительно протекал этот творческий процесс, но в результате его в газете появилась статья с таким интригующим заголовком: «Сон после обеда или что будет через сто лет».

В статье рассказывается о том, как один вятич, якобы уснув в 1900 году, проспал целых сто лет и, проснувшись в двухтысячном году, видел новую Вятку. Увидев её, он необычайно поразился. Что же предстало перед глазами этого удивленного вятича через 100 лет?
«...Прежних домов не было. Против моей квартиры пустопорожнее место с полуразрушенными флигелями было сплошь застроено и на улицу выходит прекрасный двухэтажный дом. Московская улица была неузнаваема. По обеим сторонам её возвышались хорошие пронумерованные дома. Извозчичьи пролетки петербургского образца были очень изящны и на резиновых шинах... Город имел свой телефон, электрическое освещение, конку... Скоро будет введено всеобщее школьное обучение, расход на медицину значительно сокращён, так как земство давно уже ввело гомеопата и каждый может лечиться у себя на дому по учебнику... В Вятке до 80 тысяч жителей, два театра, которые существуют на субсидию от казённой винной монополии...»

Какая убогая и ограниченная фантазия! Пронумерованные дома, пролётки петербургского образца на резиновых шинах, конка, гомеопат. И всё это, по мысли газеты, должно было появиться в городе только к двухтысячному году! Но по всей вероятности, и эти мечты казались тогда заманчивыми и необычайно смелыми. Ведь в Вятке в 1900 году не было ни электричества, ни водопровода, ни телефона, ни промышленности.
С того времени прошло не сто лет, а всего сорок восемь. Но и из них мы не все будем принимать в расчет, а только тридцать один год, т. к. до самой Октябрьской революции город оставался почти таким же, каким был в девятисотом. И только за последнее тридцатилетие, самое славное тридцатилетие в его жизни, город совершенно преобразился.

Великая Октябрьская социалистическая революция вдохнула в него новую жизнь, новое социалистическое содержание, к управлению городом пришли новые трудовые люди. В годы сталинских пятилеток и в самом городе, и на его окраинах выросли крупные предприятия, обширные посёлки.

Теперь только в одном рабочем районе в северной части города, больше жителей, чем было во всей Вятке в 1900 году.
Нет в нашем городе конки. Да её никогда и не будет и мы не жалеем этом. У нас есть сотни автомобилей, автобусы, троллейбусы. У нас с каждым годом всё больше и больше появляется высоких красивых зданий – Дом Советов, прекрасный театр, Дворец пионеров, школы и много жилых домов.

В те времена, когда в «Приложении губернским ведомостям» печаталась статья о будущем города, в Вятке из каждых четырех человек только один грамотным. В нашем же городе Кирове совершенно ликвидирована неграмотность и давно уже претворено в жизнь всеобщее школьное обучение. И на это в понадобилось не столетие, а всего десять-пятнадцать лет.

Нас не интересуют сейчас люди, ездившие когда-то по городу в пролетках «петербургского образца». Мы гордимся другими людьми, жителями нашего города – людьми, строящими коммунистическое общество.

В нашем городе живет известный учёный-селекционер лауреат Сталинской премии Рудницкий, давший стране много новых сортов сельскохозяйственных культур, в нашем городе живут заслуженные учителя, врачи, инженеры, живут и работают передовые стахановцы-новаторы такие, как токарь Отегов, формовщица Демакова, электросварщик Слойков, слесарь Санников.
Вот какими людьми мы гордимся кого славим.

Мы тоже мечтаем о будущем своего города. Но мы не гадаем беспочвенно о том, что будет через пятьдесят пли сто лет. Мы твердо знаем, что с каждым годом город будет крепнуть, мужать и расти.

Мы знаем это потому, что сами руками, по своим планам строим будущее своего города, этой маленькой частички нашей прекрасной Родины.
И сегодня, на пороге нового 1949 года, мы от всего сердца говорим:
— С Новым годом, родной город!

Интересно, что мечты жителя Вятки из 1900 года в аспекте здравоохранения были реализованы после крушения социализма, когда гомеопатия, официально признанная научным сообществом как шарлатанство и мошенничество стала популярной, а после того, как расходы на медицину были сокращены, кировчане стали вынуждены заниматься самолечением «по учебнику». Ну, а нумерация домов, электрическое освещение, всеобщее образование и общественный транспорт были стала возможной вскоре после установления Советской власти.

В этом аспекте рассуждения местных интеллигентов (по старинке, ещё с Перестройки настроенных антисоциалистически и антисоветски) и прочих активистов, ностальгирующих по «старой Вятке» (к слову, никогда не живших в дореволюционной Вятке) и мечтающих переименовании города Кирова выглядят особенно экзотически. Пожалуй, не менее странными было бы стремление здравомыслящего человека во что бы то ни стало вернуться из благоустроенной городской квартиры в полуразрушенную деревенскую избу с лучиной и отхожим местом за околицей. Впрочем, с крушением социализма – власти трудящихся, общество, ставшее атомизированным, в своём развитии оказалось отброшено резко назад, а всеобщая варваризация и наступление «нового средневековья» стали предметом серьёзных дискуссий философов и интеллектуалов.