Мы точно не в дурдоме? Американец и почивший немец учат кировчан патриотизму и ратуют за переименование Кирова в Вятку

«Вятская газета» – с недавнего времени это периодическое издание начали распространять по городу Кирову. Как значится на первой странице, ответственность за выпуск лежит на региональной общественной организации «Возрождение Вятки».

И вот, первая полоса. Крупным планом – некий американец, имя Лэрри Холмс. Хвалит «Возрождение Вятки», называя ее создание проявлением «гражданского общества», и с пафосом знатока вещает:

«…человек хочет чувствовать себя причастным к чему-то общему и одновременно чувствовать свою особенность и неповторимость. Последнее связано с самосознанием и самоощущением. …Вы, ваша организация, тоже ищете свою вятскую самобытность, свою общую историю. Если человек оторвется от своего якоря, от своих корней, он легко может быть вовлечен в любую и, прежде всего, в асоциальную и даже преступную группу…»

На минуточку: человек из-за океана учит национальному самосознанию народ, который имеет как минимум тысячелетнюю историю! Ребят, вы ничего не попутали? Не хочу никого обидеть, но историческое богатство, которым посчастливилось владеть русским, американцам и не снилось. Ущипните, пожалуйста, я точно не в дурдоме?

Дальше – больше. На стр. 3 редактор издания Александр Котов на голубом глазу повествует о том, что великий немецкий философ Кант без сомнения посчитал бы ПЕРЕИМЕНОВАНИЕ КИРОВА В ВЯТКУ КАТЕГОРИЧЕСКИМ ИМПЕРАТИВОМ! Было бы смешно, если б не было так грустно… С какой стати уроженцу Пруссии (давно благополучно почившему и не ведающему в своем последнем прибежище кем, куда и как используются его философские изыскания) отводится право влиять на топонимику бесконечно далекой для него территории, автор опуса не объясняет. И не замечает (по-видимому, из-за собственной скудости) логической нестыковки в том, что представители ИНОЙ КУЛЬТУРЫ И ВЕРЫ ратуют за НАШЕ «ВОЗВРАЩЕНИЕ К ИСТОКАМ»!

Да, ради справедливости можно заметить, что в биографии Канта действительно был период, когда он являлся российским подданным (во время Семилетней войны, с 1758 по 1762 г.г.). Однако жил он в то время в Кенигсберге, а город наш (в котором Кант, разумеется, никогда не был),  назывался  Хлыновым и в Вятку  был переименован намного позже. Бедный, бедный философ: узнав о том, как вольно обращаются с его наследием, он, наверное, завертелся бы в гробу…

Хотелось бы спросить приверженцев «Возрождения Вятки», которые о собственном патриотизме, народности, духовности и прочих достоинствах имеют весьма и весьма высокое мнение: как «духовность» и «патриотизм» соотносятся с преклонением перед западным проповедничеством?

И  как глубок должен быть кризис мышления, насколько бесповоротно должна быть разрушена рациональность, чтобы продуцировать и принимать подобное?

Остановите Землю, я сойду.


Источник