Альберт Лиханов: Что обещает детство?

Окончание. Начало в №3 (40)

Но разве Запад наш братский что-нибудь хоть раз бескорыстно России предложил? И замысел-то соблазнительно прост – хотите, чтобы детки ваши в парижах служили, разведите общий вузовский результат на два уровня – магистрат и бакалавриат, а школьные знания сведите к компьютерному обмеру по имени ЕГЭ. Ну чем не блистательная иллюстрация смешенья «нижегородского с французским»?

И вот без всякой на то государственной нужды искусственно внедрён единый государственный экзамен в школе, на котором проверяются не знания, а выбирается правильный ответ. Эти потуги тотчас привели к позорному результату.

В 2008 году экзамен сдавали (окончили школу) 1.097.690 человек. Двойки по литературе получили 25,3% или 277.715 человек, по математике – 23,5% или 257.957 выпускников. Итоги ЕГЭ 2009 года могут радовать только при умышленном нежелании трезво разглядеть его последствия. Ну, во-первых, 30.000 выпускников вообще получают справку, что они «прослушали курс» 11-летней школы. Но я-то полагаю, что наряду с юношеским разгильдяйством, нежеланием учиться, плохой подготовкой вступило в действие как значительный фактор непонимание вопросов, задаваемых заочными экзаменаторами, словно в дурных кроссвордах – о чём, кстати, не раз писали учителя-практики, в том числе – и неверный ответ диктуется неверно, а часть – просто произвольно.

Почему, имея когда-то лучшую школу в мире, это мы стали подстраиваться к западным стандартам, а не Запад к нашим?

И очень сомнительно звучит аргумент власти: дескать, ЕГЭ освобождает образование от коррупции. Может быть, прямых взяток простым репетиторам, которые сидят на вузовских приёмных экзаменах, будет и поменьше, не спорю. Но валовый, по баллам, приём тысяч и тысяч людей на какую-то там специальность может совершенно не соответствовать – не баллам, а смыслу, готовности, существу их грядущей профессиональной подготовки. Принимать по баллам, простите, то же самое, что покупать – ведь за немалые бюджетные деньги на последующую учёбу – лошадь, не заглядывая ей в пасть (это народный способ узнать о здоровье коня).

Вузы брали – берут и будут брать! – столько, сколько возьмётся (на платные отделения). А бюджетные места в общем хаосе – и экономическом, и политическом – планировать тоже некому. Выходит, и тут власть далека от простой меры – спрогнозировать заранее, что станет с подрастающими детьми в обозримом ей будущем.

Прогноз – вообще самое слабое место нашей государственной практики.

Про состояние здоровья школьников давно и много говорится профессионалами здравоохранения, и я не буду этого повторять. Дети, учась в школе, теряют зрение, становятся не сильнее, а слабее физически. Культ физической культуры и спорта, в самых массовых школьных формах, покинул образование, уступив место массовому курению, массовому потреблению слабого алкоголя – «кто за клинским?», созданию снивелированного сознания стандартности, сознанию толпы. Наконец, токсико- и наркомании: долгое время по прессе бродила цифра в 3 миллиона школьников, хоть раз попробовавших наркотики. Какова эта цифра сейчас?

Ещё одно подлинное, но замалчиваемое бедствие, так сказать, массовая «инновация»: преждевременный секс. Школа под влиянием западных стереотипов не восстала против раннего секса, а принялась за предупреждение школьной беременности, контрацепцию. Иные головы предлагали устанавливать в школах западные автоматы со средствами предупреждения! Дескать, с сексом бороться бесполезно, так давайте предупреждать школьную беременность, аборты и их неприятные последствия.

Всё сдали взрослые – и национальные традиции, и русскую нравственность, и православное целомудрие! Не такой уж понадобился и боевой жим противника, чтобы многие, и родители, и учителя, предательски покинули окопы чести и морали, уступив место, – чему?

Вот характерная цитата из государственного доклада «О положении детей в Российской Федерации» Минздравсоцразвития (2006 год): «Ежегодно в России погибает 15 тысяч несовершеннолетних в возрасте до 14 лет, из них 50% умирает от неестественных причин, и более 2.000 становятся жертвами убийства или тяжких телесных повреждений». Из самого свежего заявления Президента Д.А. Медведева: в 2008 году жертвами насилия стали 126.000 детей, в результате погибли 1914 ребят, 2330 детей «подверглись насилию» и «получили тяжкий вред здоровью».

А что сказать о детской проституции? О торговле детьми для тех же целей? О добровольной развратности детства? Кто и как очертит эти границы?

В стране почти 800 тысяч детей-сирот и детей, лишённых родительского попечения. Прибавим к этому, что, пересекая статистическую черту 17-летия, возраста взрослости, дети-сироты простонапросто становятся взрослыми-сиротами, и наша социальная система освобождает себя от заботы об этих людях. Число ежегодно вновь выявленных сирот и детей, лишённых родительства за последние 20 лет, составило около 2 миллионов.

В стране 700 тысяч детей-инвалидов. Большинство из них остаются в семьях, и тогда благополучие семьи резко падает, хотя и такто эти семьи находятся в зоне бедности. Передача маленького инвалида в интернатное учреждение при всех усилиях не самого лучшего персонала и крупных госзатратах остаётся малоэффективной.

В стране существует – и никуда от этого не деться – мощная система специальных (коррекционных) школ-интернатов, как назвал их один сочинитель – «школ для дураков». Таких заведений в 2006 году было 1342 (из них 232 – для детейсирот) и там проживало 157,2 тысячи детей, в том числе 24,5 тысячи детей-сирот.

Проживающие в малоимущих семьях. Таких детей до 6 лет в 2002 году было 2,1 миллиона человек, от 7 до 15 –5,8 миллиона, а учёта таких детей 16–17 лет не существует. Сократилось ли число малоимущих семей за прошедшие годы? Можно определённо сказать – выросло. А как оно выросло в связи с кризисом? Из-за безработицы родителей?

Число осуждённых несовершеннолетних – 88.334. Кстати, всё те же отчаянные дети, называемые несовершеннолетними, совершили 2.526.305 преступлений.

О беспризорности сегодня почти не говорится. Она обрела скрытные, часто камуфлированные формы, статистические показатели на эту тему звучат приглушённо, а число задержаний несовершеннолетних составляет 1–1,5 миллиона в год.

Не стану приводить данные о числе браков и разводов. Вторая часть этого соотношения просто удручает.

Так что если сложить все группы детей, находящихся в состоянии нестабильности, а то и прямой депривации, по самым скромным прикидкам набегает цифра порядка 10 миллионов. Из 27. Весьма приблизительная, неточная цифра, но пусть будет даже так...

10 миллионов людей, только начинающих жить и не имеющих твёрдой надежды в собственном будущем? Что это? Вопросы политики? Ещё какие! Чем больше в детство вложишь, тем больше от него получишь.

Имя Макаренко практически удалено из русского образовательного поля, хотя в Германии, к примеру, его опыт перевоспитания и практика спасения молодых людей, преступивших закон, признаются непревзойдёнными.

Совершенно неверный путь избрало Минобрнауки, решая проблему сиротства. Монетаризм победил и тут: людей стали соблазнять деньгами, только заберите детей под опеку и попечительство. В интернате или детдоме один ребёнок обходится казне от 80 до 150 тысяч рублей в год. Раздавая ребят гражданам, оно снимает с себя все накладные расходы, выплачивая только то, что полагается ребёнку на питание, одежду и «вознаграждение » приёмным родителям. Экономия огромная! Но как только настал кризис, детей стали возвращать пачками!

Экономика детства в России – особая ипостась, когда соединяется, казалось бы, несоединимое: совесть и киловатты, бесстыжесть и квадратные метры, мораль и деньги. Однако, как-то недостаёт у власти возможности посчитать, во сколько ей обходится недолюбленное, недоцелованное, недоласканное детство, когда молодая мать бросает своё дитя, и оно, ни в чём не повинное, бредёт с опущенной головой по жизни, «гарантированной» ему государством, – сначала в дом ребёнка, в дошкольный, школьный детдом или интернат, по пути признаётся человеком с задержкой психического развития, а далее неустроенное, бесквартирное, малограмотное, но имеющее полное право жить как все, уже без всякой задержки в своём развитии, совершает разбой, садится в колонию для несовершеннолетних с тем, чтобы, выйдя оттуда и став совершеннолетним неприкаянным существом, вновь и вновь совершать свои вынужденные злодеянья хотя бы для того, чтобы получать первое, второе и даже компот, койку и крышу над головой уже во взрослом заключении.

Милое наше, родное, драгоценное российское государство! Когда же ты, наконец, в полный фас обернёшься к малым сим, чтобы сберечь народ свой?

Газета "Голос народа":

Рубрики: