Галопом по Европам

Едва вернувшись из Америки, первый заместитель Председателя Правительства области Роман Антонов снова отправился в заграничный вояж, на этот раз в Германию. Возможно, что теми же целями. Все, что бы не предпринималось в настоящее время, так или иначе может быть увязано с надвигающимися губернаторскими выборами. Требования проверки соответствующих фактов содержат депутатские запросы в правоохранительные органы. Впрочем, то же можно изложить и "вольным стилем". Например, если бы Илья Ильф и Евгений Петров жили в наше время и в Кировской области, из-под их пера могло выйти что-нибудь эдакое.

 — Время, — сказал Никита, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем. Киса, мы должны делать карьеру. Кировская область лежит перед нами. Нужно только двести миллионов рублей, чтобы сокровище стало нашим. Тут не надо брезговать никакими средствами. Пан или пропал. Выбираю пана, хотя он и явный поляк.

Белых задумчиво обошел кругом Антонова.

— Снимите пиджак, предводитель, поживее, — сказал он неожиданно.

Никита принял из рук удивленного Романа Валерьевича пиджак, бросил его наземь и принялся топтать пыльными штиблетами.

— Что вы делаете? — завопил Антонов, — Этот пиджак я ношу уже пятнадцать лет, и он все как новый!

— Не волнуйтесь! Он скоро не будет как новый! Дайте шляпу! Теперь посыпьте брюки пылью и оросите их нарзаном. Живо!

Роман Валерьевич через несколько минут стал грязным до отвращения.

— Теперь вы дозрели и приобрели полную возможность зарабатывать деньги честным трудом.

— Что же я должен делать? — слезливо спросил Антонов.

— Французский язык знаете, надеюсь?

— Очень плохо. В пределах гимназического курса.

— Гм… Придется орудовать в там этих пределах. Сможете ли вы сказать по-французски следующую фразу: «Господа, я не ел шесть дней»?

— Мосье, — начал Роман Валерьевич, запинаясь, — мосье, гм, гм… же не, что ли, же не манж па… шесть, как оно: ен, де, труа, катр, сенк… сис… сис… жур. Значит, же не манж па сис жур.

— Ну и произношение у вас, Киса! Впрочем, что от нищего требовать! Конечно, нищий в Европейской России говорит по-французски хуже, чем Скуй. Ну, Кисуля, а в каких пределах вы знаете немецкий там язык?

— Зачем мне это все? — воскликнул Роман Валерьевич.

— Затем, — сказал Никита веско, — что вы сейчас пойдете к «Цветнику», станете в тени и будете на французском, немецком и русском языках просить подаяние, упирая на то, что вы бывший член Государственной думы от партии СПС. Весь чистый сбор поступит на избирательную компанию. Поняли?

Роман Валерьевич преобразился. Грудь его выгнулась, как Красавинский мост в Перми, глаза метнули огонь, и из ноздрей, как показалось Никите, повалил густой дым.

— Ай-яй-яй, — сказал великий комбинатор, ничуть не испугавшись, — посмотрите на него. Не человек, а какой-то конек-горбунок!

— Никогда, — принялся вдруг чревовещать Роман Валерьевич, — никогда Антонов не протягивал руки.

— Так протянете ноги, старый дуралей! — закричал Белых. — Вы не протягивали руки?

— Не протягивал.

— Как вам понравится этот альфонсизм? Три месяца живет на мой счет. Три месяца я кормлю его, пою и воспитываю, и этот альфонс становится теперь в третью позицию и заявляет, что он… Hy! Довольно, товарищ! Одно из двух: или вы сейчас же отправитесь к «Цветнику» и приносите к вечеру десять миллионов рублей, или я вас автоматически исключаю из числа пайщиков-концессионеров. Считаю до пяти. Да или нет? Раз…

— Да, — пробормотал предводитель.

— В таком случае повторите заклинание.

— Мосье, же не манж па сие жур. Гебен зи мир битте этвас копек ауф дем штюк брод. Подайте что-нибудь бывшему депутату Государственной думы.

— Еще раз. Жалостнее!

Роман Валерьевич повторил.

— Ну, хорошо. У вас талант к нищенству заложен с детства. Идите. Свидание у источника в полночь. Это, имейте в виду, не для романтики, а просто — вечером больше подают.

— А вы, — спросил Роман Валерьевич, — куда пойдете?

— Обо мне не беспокойтесь. Я действую, как всегда, в самом трудном месте.

Друзья разошлись.

 Каково их будущее? Вопрос, однако, кировчанам. Но внимательным читателям должно быть известно, что через пару страниц этих персонажей ждет "Провал".